Праздник примирения

Как бы я ни злилась на сестру, но она мой родной человек, и когда-то нам все равно придется помириться.

Говорят, что родителей не выбирают. А в моем случае то же самое можно сказать о сестре. Младшенькая. Зараза! Уродилась же такая выдра, всю жизнь мне портила с самого детства! Я была наивной девочкой, ласковой, доброй и доверчивой, но родители почему-то больше всегда уделяли внимание Карине – эгоистичной, злой и мстительной. Может, потому, что со мной было меньше хлопот? Ведь как бывает чаще – человеку дороже то, что он выстрадал, заработал потом и кровью. Так и с детьми. Ребенок покладистый, неконфликтный, оценки хорошие из школы приносит – ну и ладно, «молодец, дочка» и улыбка вскользь. А когда учительница устает писать красной ручкой замечания в дневнике и приходит домой, чтобы умолять родителей забрать их неугомонное чадо из ее класса, а идеально – и вообще из школы, то мама с папой становятся единым фронтом, крепко взявшись за руки, для защиты своего отпрыска от придирчивых и некомпетентных педагогов. И целыми днями имя этого ребенка на слуху. Все разговоры сводятся к одной теме. А я… А меня вроде и нет.
плитка керамическая купить можно
Разница у нас всего два года, но мы абсолютно не понимали друг друга. Будто с разных планет. Интересы, друзья, увлечения – все отличалось. Карина была всегда хитрее, сообразительнее, ловчее и точно знала, чего хочет Я такими талантами похвастаться не могла, все больше читала романы, писала стихи и любила старые фильмы про любовь, за что получила от сестры прозвище Медуза – вроде как не было во мне жизни, а так, одни инстинкты. Обидно… Помню один случай, который перевернул мою жизнь. В девять лет это вообще казалось  концом всего, катастрофой… Приближался Новый год. Сказочный, любимый праздник надежд и исполнения самых заветных желаний.

Катюша, Кариночка, а письмо Деду Морозу кто писать будет? Он просто так подарки не приносит, – сказала мама. – Я написала, мамуль! – радостно ответила я. Мое письмо уже пару дней лежало под елкой. – А я не буду писать. – Почему, Кариночка? – удивленно посмотрела на нее мама. – Ой, ну хватит уже обманывать! Нет никакого Деда Мороза, а папе я и так сказала, что хочу в подарок. Минута молчания для меня длилась вечность. Я буквально слышала, как трещит и рушится мой мир. Для кого-то, может, и смешно, что в девять лет девочка так свято верила в сказки, но… я, верила, да! И старалась хорошо учиться, чтобы Дедушка Мороз принес подарок. И слушала маму с папой (правда, я и так их всегда слушала), И вдруг – его нет…

– Карина! Что ты такое говоришь?! У меня началась истерика.

– Это ты, сестричка, совсем тю-тю, – в ответ она скорчила гримасу и обидно покрутила пальцем у виска, намекая на мою тупость.

Я была готова ее удавить! Сколько можно терпеть постоянные фокусы?! С каким-то звериным рыком кинулась на нее и вцепилась в волосы. Мама пыталась нас разнять, но ничего не получалось. Я мертвой хваткой держала косичку сестры, а она выдиралась и царапалась изо всех сил, раздирая мои руки и ноги в кровь. Я ничего не чувствовала, только обиду и злость. Наконец мама позвала папу, и они вдвоем растащили нас в разные стороны.

– Все, никаких подарков! Никакого праздника! – тяжело дыша, крикнула мама. – Обе наказаны!

– Но я не виновата, – у меня из глаз брызнули слезы. – Это все Карина…

– Обе, я сказала!!! – заорала мать не своим голосом. Казалось, что у нее даже глаза побелели от ярости. – Не заслужили подарков! Мы с отцом горбатимся, чтобы их желания исполнить, а они…

– Мама! – воскликнула я. – Что ты говоришь? Ведь не вы, а Дед Мороз…

– Господи, Катя, – с раздражением перебила меня она. – Хватит быть такой наивной! Карина же сказала тебе, что нет никакого Деда Мороза! Я и папа – вот кто покупает подарки.

Я думаю, промолчи она тогда, я бы не поверила Карине, и все бы обошлось. Когда-нибудь узнала бы правду и приняла  ее  более спокойно, а тогда… Еще   меня   очень-очень   обидело,   что  родители   опять   поддержали младшую сестру, которая, кстати, взглянула на меня орлом после слов мамы. После того случая наше общение с сестрицей свелось к минимуму и происходило только по острой надобности:

– Дай мне заколку для волос.

– Разреши надеть твой свитер.

– Поделись тетрадкой.

– Ты дура.

– Сама такая.

Дальше этих диалогов разговоры не шли. Поделиться с Кариной самым сокровенным?! Да никогда! Доверить свою сердечную тайну?! Боже упаси! Мы росли, а все оставалось по-прежнему. Уж как мама ни просила, ни расстраивалась, что мы родные, но словно чужие, – ничего не менялось. Подошло время школьного выпуска.

– Катерина, скоро конец учебы. Через пару месяцев поступление. Почему ты до сих пор не начала подготовку? – мама снова «села на своего конька».

– Я… потому что…

– Что ты там блеешь, как овца? – мамин голос стал на тон выше. – Все, на выходных – за учебники. Ясно?!

– А наша Катерина Валерьевна решили не поступать на учителя. Они хотят быть врачом-с, – с издевкой и ухмылочкой сказала сестра.

– Катя?! – только и смогла воскликнуть мама. – Это правда?

– Да, – тихо ответила я, ожидая расправы. – Это мое решение, – добавила еще тише, решив, что хуже уже не будет, самое страшное произошло. Так и случилось… Ой, что было! У нас ведь профессия педагога – наследственная. Династия учителей, так сказать. Даже Карина при всем ее своенравии не решилась перечить и вовсю готовилась поступать в педучилище на учителя младших классов.

– Ладно, буду я грозой глупой малышни, но при условии, что уйду после девятого класса! – поставила она ультиматум. – Больше вы меня не заставите сидеть за партой! А я, послушная и покладистая, оттрубила все одиннадцать классов, серьезно планируя стать учителем истории. Но за полгода до окончания школы вдруг передумала. Не вдруг, конечно. Был повод. Как-то моя одноклассница Таня дежурила вместе со мной после уроков. Мы убирали класс, мыли полы. Она решила проявить инициативу и вытереть пыль в шкафу с учебниками. Дверцы были со стеклянными вставками. Несколько взмахов, и…

– Таня! Что случилось?! – я заметила, что ее рука в крови.

– Порезалась… – вяло ответила она и начала заваливаться на бок.

Я не растерялась. Быстро подняла ее и усадила на стул. Потом достала свой платок, смочила водой и замотала палец. Побрызгала лицо, похлопала по щекам, и Таня пришла в себя. После этого я задумалась: а не стать ли мне доктором? Крови я не боялась, реакция оказалась отменной. Но что скажут родители? Потом все же решила рискнуть и начала втайне готовиться к поступлению в медицинский… Родители так и не простили мне того, что я ослушалась их. Отношения были прохладными. Карина опять меня переиграла. Ею они очень гордились.

Как же, ведь младшенькая сохранила традиции семьи! Не то что я – будущий хирург. Конечно… А однажды в мою жизнь ворвался Стае. В прямом смысле слова – влетел в кабинет, где я делала лабораторную.

– Здесь профессор Загорский?

– Нет, он вышел.

-Да? – сказал парень, но выходить не спешил. – А вы кто?

– В смысле? Студентка.

– Ясно. А зовут вас как?

– Никак, – буркнула я. – Вы мешаете. -Ладно, не злитесь. Я по работе к нему приехал. Вы когда освободитесь?

Я молчала. Настойчивость этого парня обескураживала.

– Я… я… Зачем?

– Хочу увидеть вас без маски. Вам она, бесспорно, идет, но все же…

– А-а, поэтому… Ладно, – ответила я, чувствуя, что получается разговор двух идиотов, но время все же назвала.

– Отлично! Буду ждать вас в парке.

Я выходила из здания с опаской. Хотелось гордо уйти, не озираясь, якобы имела я в виду этих настырных поклонников. Но вместо этого завертела головой в разные стороны, как только вышла на улицу.

– Меня ищете? А я здесь, – раздался голос сзади меня. Я вздрогнула и обернулась. Парень стоял, прислонившись к колонне, и смотрел, прищурившись. Наши встречи были похожи на сказку. Каждый раз Стае придумывал что-то новое, интересное. Нам было весело вместе, и мы даже всерьез думали о совместном будущем. Осложняло все то, что у студентов-медиков катастрофически не хватает времени на личную жизнь. Если молодежь из других вузов может себе позволить прогулять лекцию, не прийти на семинар, то медики – нет. Адские объемы информации, которые необходимо запомнить, и никаких поблажек.

– Мы так редко видимся, – с жалостью в голосе говорил Стае.

– Но ты же знаешь…

– Знаю, знаю, – не давал он мне договорить. – Ты окончишь институт, и все изменится. Я угадал, Катюш? Я кивала и, глотая слезы, улыбалась.

– Скоро Новый год. Я хочу, чтобы ты пришел к нам. У меня есть новость.

– Какая? – удивился он.

– Ну… Нет, ты придешь, и я все скажу. И познакомлю тебя со своими. Новостью было то, что я ждала ребенка. Когда узнала об этом, то страшно испугалась – что делать? А учеба как?

Но потом успокоилась и решила: будь что будет. Стае меня любит, а я люблю его. Ребенок не помеха! Родители, пока не закончу, а дальше посмотрим. – Мам, пап! – крикнула я вглубь квартиры. – Идите сюда! Я хочу вас с кем-то познакомить. Никто не знал, что придет Стае. Я хотела сделать сюрприз. За секунду до того, как появились родители, в прихожую влетела сестра.

– Чего кричишь? А кто пришел? – затарахтела она и вдруг остановилась как вкопанная: – Стае? Ты чего пришел? Я недоуменно переводила взгляд с Карины на своего любимого, и меня очень смутила бледность, которая появилась на лице Стаса.

– Вы… знаете друг друга? – еле слышно спросила я.

– Ну… да! – сперва немного растерявшись, но потом, быстро взяв себя в руки, беспечно ответила сестра.

– А… откуда? – но я уже все поняла.

Вот вспоминаю сейчас те события, и так же в горле стоит комок. Он никуда не исчез. И горечь, и обида… Хоть прошло уже долгих пять лет, и я давно не живу дома, а в окне зимой вместо снега и сосулек вижу пальмы и обезьян. Африка стала для меня домом и лекарством от боли. Я удрала сюда работать врачом. Да кем угодно, только бы не находиться в том дурдоме! Кстати, беременность не подтвердилась. Тест показал неправильный результат. Карина призналась, что специально познакомилась со Стасом, случайно увидев нас однажды вместе. Хотела мне в очередной раз напакостить. Но не думала, что я приведу его домой. Хотела позже поставить меня в известность. А Стае… Клялся, просил прощения, слова какие-то говорил… Уже и не помню. Больно до сих пор. А родители опять приняли сторону Карины. Оправдывали тем, что молода и глупа. Бог им судья… Но знаете, недавно мама позвонила по скайпу и так ласково спросила:

– Дочурка, ты не хочешь вернуться? Хотя бы на Новый год приезжай. Мы соскучились. Давно не видели тебя. Тут на экране появилась сестра:

– Катюх, ты это… прости меня.

Я сказала, что подумаю, и отключилась. Потом весь вечер рыдала. А сегодня утром купила билет домой. Долго сидела на кухне, вспоминала всю свою непростую жизнь. И решила, что поступаю верно. Нужно уметь прощать близких. Особенно в Новый год…