Дорогой коньяк нежно обволок небо и словно шепнул: жизнь прекрасна! Да, это так. Пройти путь от мальчишки из бедного квартала до обладателя миллиардного состояния — это вам не стакан воды выпить! И Ральф ощущал это каждой клеткой. А то, что он своими руками создал не только империю моды, но и целый стиль жизни, наполняло его сердце особой гордостью.

Взять хотя бы этот ресторан, который должен открыться на днях. Он расположил его в самом центре Нью-Йорка, по соседству со своим дизайнерским бутиком и собственной кофейней на Пятой авеню. И обустроил, как всегда, дорого и респектабельно. Панели из дерева теплых оттенков, кожаные кресла, картины с сюжетами о конном спорте, висящая на стенах конная амуниция — все это напоминает аристократический клуб, члены которого увлекаются поло, и радует глаз Ральфа.

В меню много его любимых блюд. Причем отборную говядину для стейков он решил поставлять со своего ранчо в Колорадо. И это еще не все, к чему Ральф приложил руку. Он сам выбрал сорт кофе для фирменного десерта «Кофе Ральфа с мороженым» (кофе — его давнее увлечение!) и разработал форму для официантов.

Да, он не ресторатор, а дизайнер. И все же этот ресторан уже третий. Первый открылся в Чикаго, а второй – в Сен-Жермен. Собственно, парижское заведение, расположенное в старинном особняке, — даже не ресторан, а бутик-ресторан. Тут можно приобрести новинки из последних коллекций (разумеется, Ralph Lauren) и отведать самые модные кулинарные изыски. Однако Ральф постарался воссоздать и дух старого Парижа. Он влюблен в этот город и рад, что его детище гармонично сочетается с версальским паркетом, старинными каминами и позолотой.

За четыре года парижский ресторан стал невероятно популярным, столики надо заказывать за неделю. А ведь, кажется, еще вчера он устраивал званый ужин в честь открытия. Тогда на это событие явился весь свет Парижа: Карл Лагерфельд, Соня и Натали Рикель, главный редактор французского Vogue Карин Ройтфельд. А еще Жерар Депардье, Жан Рено, Кевин Спейси, Изабель Юппер… Разумеется, его жена Рики и все трое детей — Дэвид, Дилан и Эндрю — тоже были…

Кстати, почему бы им всем семейством не поужинать на днях? Они так давно не собирались вместе. А ведь семья — это все, ради чего он живет. Хотя у него есть масса увлечений.

К примеру, часы. Одни он коллекционирует, другие создает сам. Причем какие — воплощение современного стиля, американской роскоши и швейцарской точности (механизм-то у них -швейцарский)!

Кстати, что там у нас натикало? О, пора звонить жене! Рики, конечно, не сидит у окна в ожидании мужа. Но предпочитает надолго не терять связи с ним. Впрочем, как и он с ней.

— Дорогая, я в The Polo Bar — пробую новые блюда, осматриваю обстановку. Словом, еще раз проверяю готовность ресторана к открытию. Не желаешь присоединиться?

— О, Ральф, разве я могу не хотеть встречи с тобой? Но у меня столько дел! Надо отобрать снимки для следующей книги, затем обсудить с дизайнером смену ландшафта на нашей вилле в Хэмптонсе. Еще меня ждет массажист… Ума не приложу, как я управлюсь до вечера. Так что пока, милый, целую!..

Да, его неугомонная и вездесущая Рики верна себе. И за это он любит ее, пожалуй, не меньше, чем в юности. Да и может ли быть иначе, если Рики не только мать его детей, но и его муза? Ее золотистые волосы, точеная фигура, голубые глаза всегда служили ему источником вдохновения.

Они познакомились в Нью-Йорке. Он тогда вернулся из армии и пока не собирался обзаводиться семьей. Но встреча с Рики все переменила. Красивая, живая и удивительно умная девушка покорила его. Тогда Рики Лоу-Бир работала в регистратуре у окулиста и параллельно училась в колледже. Ральф пришел на прием к врачу, а в итоге пригласил на свидание Рики. Он заехал за ней на своем зеленом спортивном моргане и повез есть блины в крошечное кафе.

За кофе Рики рассказала, что изучает Шекспира, Чосера и даже начала декламировать «Кентерберийские рассказы». Он был очарован, удивлен и, не сдержавшись, заметил:

— Какая прелестная девушка! Красивая, но очень странная.

А спустя восемь месяцев они поженились. Что ж, ему никогда не нравились красотки с броским макияжем и на шпильках. Зато привлекал образ девушки в джинсах, белой рубашке с закатанными рукавами и пиджаке своего парня. Именно такая ему и досталась в жены.

Да, миссис Рики Лорен — эталон жены и матери. Она всегда следила, чтобы дети росли самостоятельными и помогали ей по дому. Как-то они все вместе отправились копать картошку. Дети держали пакеты, а они с Рики заполняли их клубнями. А когда вернулись домой, Рики приготовила пюре с чесноком, которое обожала вся семья, и подала с бараньими отбивными.

Обычно они все были заняты делом: один накрывал на стол, другой готовил свежий сок, третий разливал чай. И каждый семейный обед становился событием. Ральф обожал венский шницель и пирожные брауни. Эти блюда Рики готовила по рецепту тещи, которая живет в Австрии. Шоколадные брауни с нежной, влажной серединкой были так восхитительны, что Ральф даже хотел продавать их в своих магазинах. Но Рики перестала их печь и села на диету.

Хотя зачем ей худеть? Она и так напоминает тонкий стебелек и получает комплименты везде, на какое бы торжественное мероприятие они ни являлись. Но Рики никогда не остается в его тени. Его жена — личность! Пару лет назад выпустила уже четвертую книгу. И в каждой семейные фотографии чередуются с ее фирменными рецептами и воспоминаниями. А в последней книге, посвященной их ранчо в Колорадо, Рики еще рассказала о ковбоях и золотоискателях Дикого Запада, дала новейшие способы украшения стола, приложила собственные фотографии — и книгу расхватали, как брауни.

Ральф помнит, как она шутливо объяснила свою страсть к писательству:

— Хочу, чтобы у наших детей был собственный сборник рецептов и воспоминаний о родительском доме.

— Дорогая, ты на самом деле делаешь всем нам бесценный подарок! — ответил Ральф с благодарностью и нежно погладил тонкие, изящные руки Рики.

Жена переживала с ним все: безденежье, беспокойство за бизнес, болезни… Но она не только никогда не жаловалась и не упрекала его, а всегда была главной поддержкой. А ведь он не родился с серебряной ложкой во рту. Когда они поженились, ему даже пришлось продать свой зеленый морган. Рики тогда училась, и деньги были нужны позарез. В итоге первые пять лет им приходилось брать машину напрокат всякий раз, как возникала неотложная надобность. И даже когда появились дети, он все еще не мог позволить себе личный транспорт.

Хотя автомобили Ральф любил чуть ли не с детства. У его отца имелся старенький понтиак, в котором папа вечно возил краски для своей работы. В конце концов машина так пропиталась, что когда Ральф заезжал за девушкой на этой «ароматной» машине, то готов был провалиться сквозь землю. Ведь у его друзей уже имелись собственные кабриолеты.

Купив первый автомобиль, Ральф долго не мог поверить, что его мечта сбылась. Спортивный морган с кожаными сиденьями обошелся ему в полторы тысячи долларов, но парень чувствовал себя на миллион. Правда, припарковав авто, без конца выглядывал в окно — не угнал ли кто его сокровище?

Зато сегодня Ральф Лорен обладает одной из крупнейших в мире коллекций олдтаймеров. Однажды парижский Музей прикладных искусств даже устроил выставку его бентли, альфа ромео, феррари и других раритетов. Кстати, самый редкий и дорогой автомобиль в мире -Bugatti Atlantic, — который оценивается в 40 миллионов долларов, тоже принадлежит Ральфу. Порой он заходит в гараж и уже на пороге испытывает безудержный детский восторг: неужели все эти сокровища принадлежат ему? Нет, в это невозможно поверить!

За рулем Ральф не лихачит. И все же скорость обожает. В Калифорнии даже одно время ходил в школу автогонщиков. Признаться, где-то в подкорке сидела мысль: вот возьму — и стану вторым Полом Ньюманом! Хотя получилось не так, как хотелось. Он почему-то ужасно нервничал и был едва не хуже всех остальных. К тому же его экстремальное увлечение доставляло массу волнений близким.

— Ну какой из тебя гонщик, Ральф? Ты что, вообще, спятил? — кипятилась жена.

В итоге он ее послушал — и… перешел в клуб мотоциклистов. Увлекшись не на шутку новой забавой, начал покупать все более совершенные модели. И тут уже не выдержал сын Дэвид:

— Что ты творишь, отец? Возьмись за ум!

Зато самолет устраивает всех. И в первую очередь -самого Ральфа. Стоит лишь пожелать — и эта дорогая игрушка уносит в любое место: на Ямайку, в Париж, Нью-Йорк. Лорену это крайне необходимо. Ведь он пытается успевать все и проживать несколько жизней одновременно. Именно такой подход и помог ему, сыну бедных еврейских иммигрантов, создать целую империю моды, сколотить миллиардное состояние и стать тем, кто он есть сегодня…

— Пап, а расскажи о наших предках, — однажды попросили Ральфа сыновья-школьники. — Это правда, что они жили в России? А почему оттуда уехали? А ты русский знаешь?

Вопросов у мальчиков накопилась уйма. Но Ральф мало что знал. Дома его родители разговаривали на смеси русского и идиша, чтобы дети, не дай бог, не поняли, о чем говорят папа с мамой. И только со временем по обрывкам фраз Ральфу и старшим братьям удалось сложить хоть какую-то картину их рода.

Все началось с того, что в 1920 году Шломо Лившиц из Пинска в поисках лучшей доли пересек океан и вместе с двумя из своих пяти детей — дочкой Марией и шестнадцатилетним сыном Франком, будущим отцом Ральфа, — прибыл в Америку. Вскоре Франк (хотя, скорее всего, раньше папу звали как-то иначе) познакомился с Фридой Котлар, эмигранткой из белорусского города Гродно. Молодые люди влюбились друг в друга и создали семью. Франк начал заниматься росписями квартир и покраской зданий. А Фрида, родив четверых детей, принялась их растить с рвением образцовой мамаши.

Но многое ли она могла дать своим чадам, если муж зарабатывал от случая к случаю и они без конца скитались по нью-йоркским трущобам? Когда родился младшенький, Ральф, Лифшицы жили в тесной квартире в Бронксе. Мальчику приходилось донашивать вещи старших братьев. У него не было ни велосипеда, ни даже бейсбольного мяча, хотя он стал хорошим спортсменом. Ничего, вот стану баскетболистом или актером — и заживу по-другому! — утешал себя Ральф.

Может, и стал бы. Но однажды одноклассник пригласил его в гости. Огромный, роскошный дом произвел на мальчика неизгладимое впечатление. Когда же одноклассник открыл свой гардероб с рядами вешалок и полок, на которых размещалась аккуратно сложенная одежда и обувь, Ральф был потрясен до глубины души. У них дома на шесть человек приходился один-единственный шкаф, а тут такое большое пространство для одного мальчика!

Все, у него тоже должен быть такой дом! Но принесет ли успех карьера актера или спортсмена? Не факт. Может, надо придумать что-то другое? Ральфу позарез захотелось стать не просто успешным, а богатым и знаменитым на весь мир. Однажды он так и написал в школьном сочинении: хочу стать миллионером!

Принимая судьбоносное решение, Ральф понимал: родители не помогут, придется всего добиваться самому. И взялся за дело. Как он только не подрабатывал: мыл машины, носил почту, помогал отцу. И каждый заработанный цент откладывал в копилку. Наконец, в двенадцать лет он ее разбил и купил себе — что бы вы думали? — костюм-тройку! Почему именно костюм? Просто именно этот предмет одежды ассоциировался у подростка с образом успешного светского человека.

— Послушай, сынок, — как-то подсела к Ральфу мама и, обняв его за плечи, мягко заметила: — Не помню, говорила ли я тебе, но по моей линии мы состоим в родстве с влиятельными хасидскими династиями. И я бы очень хотела, чтобы ты стал раввином.

Такого поворота Ральф не ожидал. Но и перечить матери не смел, поэтому после школы поступил в талмудическую академию. Однако духовное образование не давалось. Видно, сказывались гены отца, имевшего талант к рисованию и поигрывавшего на гитаре, скрипке, мандолине и балалайке.

Однако еще больше, чем обучение в академии, Ральфу не нравилась его фамилия «Лившиц». В то время родстве…..тки отца переехали в Калифорнию и на местный манер стали называться Лоуренсами. Ральф тоже подумывал о смене фамилии на более благозвучную. Думал об этом и его старший брат Терри. Особенно когда кто-нибудь из ребят начинал зубоскалить:

— Как, говорите, ваша фамилия, парни? Lifshitz? А, все ясно: shit — «дерьмо»!

В конце концов плоские шутки достали Терри и он сменил фамилию. А вслед за ним и Ральф Лифшиц стал Ральфом Лореном.

Пожалуй, тогда в нем и начал просыпаться дизайнер -экстравагантный и ни на кого не похожий. В то время как его сверстники замирали при виде черных байкерских курток, Ральфа приводили в восторг старомодные блейзеры, слаксы и рубашки, в которых снимались кинозвезды послевоенных лет — Кэри Грант и Фред Астер. Ребята сходили с ума от рок-н-ролла и Элвиса Пресли. А его кумирами были Синатра, Марлон Брандо, Стив Маккуин, Пол Ньюман и Роберт Редфорд. И хотя он еще толком не знал, что надо делать, но очень хотел стильно выглядеть.

— Не знаю, откуда это, но мне еще в юности нравился профессорский стиль и всякие твидовые костюмы. Мне уже тогда хотелось быть особенным и не похожим на других, — признался он, став знаменитым.

Манера Ральфа странно одеваться поражала и соседа Лившицей, будущего известного дизайнера Кельвина Кляйна.

— Встречая Лифшица-младшего на улице, я думал: а это еще что за фрукт? И зачем он так странно одевается? Однако парень остался верен себе и сделал на этом огромный бизнес. Так что снимаю шляпу! — сказал Кляйн спустя много лет…

— Доброе утро, дорогая! — поприветствовал жену Ральф Лорен. — Как спалось? Похоже, сладко. Вид у тебя -на миллион!

— Всего лишь? — кокетливо улыбнулась Рики. — Впрочем, ты тоже выглядишь, как после отдыха на Ямайке. Смотрю, куда-то собрался?

Рики не преувеличивала. Ее муж, стоящий на пороге в брюках оливкового цвета, кремовом пуловере и высоких мягких ботинках, выглядел прекрасно. Вот только эти ботинки… Поймав ее взгляд, Ральф рассмеялся:

— Да, им уже лет «-надцать»! Но ты же знаешь: я никогда не расстаюсь с тем, что люблю.

Да, Рики прекрасно знала: ее мужу нравится, когда вещи смотрятся слегка поношенными. Он всегда говорит, что не хочет казаться иллюстрацией последних веяний fashion-индустрии. Ральф предпочитает выглядеть вне времени. Может, потому его первое дизайнерское изобретение — галстук — было сначала принято в штыки? Она прекрасно помнит, как это было…

Отслужив два года в армии, Ральф вернулся, женился на ней и, поступив в колледж в Манхэттене, принялся изучать экономику и бизнес. Однако на третьем курсе он вдруг объявил, что бросает учебу.

— Надеюсь, ты меня поймешь, Рики. Я хочу как можно быстрее претворить свои мечты в жизнь. А когда это делать, если не сейчас, ведь мне скоро стукнет тридцать.

Рики понимала и не перечила мужу. Сперва Ральф стал коммивояжером и, разъезжая по Америке, продавал женские перчатки и мужские галстуки. После устроился продавцом одежды в Brooks Brothers, а затем перешел в компанию Rivetz & Со, занимавшуюся пошивом галстуков. И вот тут в дело вмешалась судьба.

Однажды, прочитав роман Фицджеральда «Великий Гэтсби», Ральф так вдохновился образом главного героя, что создал нечто невиданное в Америке — широкий шелковый галстук. Придя в восторг от своей новинки, он показал ее руководству компании — и получил отказ.

— Видите ли, молодой человек, — с улыбкой ответили ему, — сейчас в моде тонкие галстуки. А к Ральфу Лорену мир пока не готов.

Но ее муж не стал ждать, пока мир «дорастет» до него. А уволился и из разных обрезков ткани начал шить свои галстуки и развозить их по торговым точкам. Поначалу его клиентами были небольшие магазинчики, но вскоре крупный универмаг Neiman Marcus взял у него больше тысячи единиц, а фешенебельный Bloomingdales предложил открыть собственную секцию.

Дорогие шелковые галстуки от Ральфа Лорена поразили покупателей. Ведь тогда даже состоятельные американцы носили дешевые синтетические костюмы и галстуки. Это придало Ральфу уверенности, и он начал искать инвестора. Когда Норман Хилтон дал в долг пятьдесят тысяч долларов, он вместе со старшим братом основал компанию и собственный магазин мужских галстуков.

Их офис располагался в самом знаменитом офисном здании Америки — Empire State Building. И ничего, что это была крошечная каморка без окон. Зато на двери красовался логотип — игрок в поло, скачущий на лошади.

— Почему именно поло, дорогой? — поинтересовалась как-то Рики.

— Ну во-первых, это игра аристократов — людей, обладающих властью и деньгами. Во-вторых, поло, как и моя будущая одежда, ассоциируется с элегантностью, безупречным стилем и вкусом. Но если честно, больше всего я уповаю на то, что этот логотип привлечет к моим коллекциям сливки общества. Едва взглянув на него, публика должна понимать: она имеет дело с классом люкс.

— О, Ральф, ну какой же ты у меня умный и прозорливый! — воскликнула Рики и повисла у мужа на шее.

А Лорен и вправду не прогадал. Сегодня игрок на лошади — один из самых узнаваемых товарных знаков в мире.

Это были шестидесятые — время ломки стереотипов. Ральф Лорен кожей чувствовал: люди вполне готовы к чему-то новому и необычному. В итоге они с братом закупили самые качественные и дорогие материалы — и начали шить галстуки невиданных доселе форм. Расчет оказался снайперским. Вскоре галстуки от Ральфа Лорена не просто обрели популярность у мужчин, а стали символом вкуса и стиля. Галстук же повлек за собой плотно сидящую на фигуре рубашку, приталенный костюм. И однажды за ужином Ральф с ликованием признался жене:

— Невероятно, но, придумывая свои галстуки и рубашки, я вижу мир, который еще не существует! И знаешь, мне кажется, что очень скоро я увлеку туда за собой миллионы мужчин и женщин.

Рики свято верила в мужа и ни секунды не сомневалась, что все будет именно так, как он сказал. Да, ее любимый не учился на дизайнера. Но ведь всегда можно нанять тех, кто умеет шить и кроить. Зато Ральф обладает врожденным чувством вкуса и не поддается тенденциям моды, а создает их сам. А сколько он работает! Прежде чем найти нужный образ, выбрасывает десятки набросков.

Это он, Ральф, одним из первых почувствовал, что людям нужна не просто одежда, а образ. Не имея специального образования, он следовал своей интуиции и придумывал одежду на каждый день, для уик-эндов, вечеринок, свиданий и даже для размышлений. И каждый раз ему удавалось оказываться на полшага впереди других. О, как же Рики гордилась мужем!

Ральф тоже был доволен собой. Ему еще не исполнилось тридцати, когда он выпустил свою первую коллекцию мужской одежды. Простые пиджаки, свободные брюки, рубашки с лаконичным кроем и элегантные блейзеры пришлись по душе и молодым, и людям зрелого возраста. Одежда, предназначенная для деловых американцев, разительно отличалась от той, которую предлагали в других местах, — и магазин Ральфа Лорена приобрел популярность. А когда он открыл в Bloomingdales свой отдел мужской одежды, то уже через несколько месяцев в его рубашках поло и свитерах по Нью-Йорку гуляли все модники. Неудивительно, что через год Ральф Лорен получил премию Coty Awards в номинации «Мужская одежда».

Ральф просто сиял, а Рики ощущала себя женой гения и не сомневалась, что эта премия — лишь начало длинного списка предстоящих престижных наград. Но прошел еще год — и молодая компания Polo Fashion оказалась на грани банкротства. Она росла слишком быстро и стала неуправляемой. И вот тут в жизни Ральфа Лорена появился еще один «добрый самаритянин» -Питер Строи.

— Десять процентов от прибыли, должность президента компании — и я готов вложить деньги, — кратко и ясно заявил он на деловой встрече.

Лорен согласился на эти условия, провел вместе с новым партнером реорганизацию компании — и она начала расти еще быстрее, чем раньше.

— Дорогой, я тут рассматриваю наши старые семейные альбомы. Не хочешь взглянуть? Уверяю, получишь массу удовольствия! — предложила Рики мужу, когда они приехали на свое ранчо в Колорадо.

Ральф всегда любил это загородное поместье. Оно -едва ли не самое любимое из его шести семейных гнездышек. Именно здесь он проводит большую часть своего свободного времени. Рядом находится центр лыжного спорта, но из-за поврежденной когда-то в аварии лодыжки Ральф не катается на лыжах. Он предпочитает автомобили и конные прогулки.

История их ранчо, расположенного среди скалистых гор, началась еще во времена первых покорителей Дикого Запада. И поэтому они даже построили на территории ранчо вигвамный городок для гостей, в котором использовали мотивы индейцев навахо. Но попасть сюда можно только по приглашению хозяина!

Хозяйский же дом построен из столетних деревьев. Персидские ковры, старинные камины и открытые террасы с живописными видами — все это проливается на его душу целебным бальзамом, умиротворяет и наполняет силами после напряженных трудов. Да, в свои семьдесят с лишним он находится в отличной форме. Каждое утро начинает с пробежки и занятий в тренажерном зале с тренером. И все же он уже не молод и энергичен, как раньше…

— Ральф, захвати, пожалуйста, плед, я немного продрогла! — послышалось издалека.

— Иду, иду, дорогая! — живо отозвался Ральф.

Рики сидела на лужайке перед домом в плетеном ротанговом кресле. Ральф набросил на ее плечи плед и, усевшись в соседнее кресло, любовался женой. Она была одета в джинсовую куртку, юбку в технике пэчворк и напоминала себя в юности.

— Что ты меня так рассматриваешь? — засмеялась Рики. — Лучше взгляни на эти снимки. Видишь, вот наш пикник на пляже, вот мы прогуливаемся на велосипедах, вот играем с детьми в софтбол. А вот ты скачешь на своей любимой лошадке, а здесь сидишь за рулем своего винтажного джипа.

— А помнишь, как я катал на нем по ранчо Опру Уинфри? — оживился Ральф.

— Еще бы! Ты тогда впервые за двадцать лет изменил своим правилам и дал интервью. Я нисколько не удивилась, что выбор пал на Опру. Она такая умница! К тому же ее ранчо неподалеку от нашего.

— А знаешь, что Опра сказала, когда я показал ей коллекцию переносных жилищ индейцев? «Вы не представляете, сколько раз я проезжала по этой дороге, пытаясь хоть что-нибудь рассмотреть на вашем ранчо!»

— Смотри-смотри, еще одно прекрасное фото! Мы все в твоих поло: Эндрю — в синем, Дэвид — в зеленом, Дилан -в оранжевом, а я — в красном. Похоже, эти рубашки никогда не выйдут из моды. А помнишь, как все начиналось?

Конечно же, Ральф ничего не забыл…

Однажды ему пришла в голову мысль: надо выпускать поло. Нет, эти удобные рубашки  белого цвета спортсмены носили уже давным-давно. А в начале пятидесятых Рене Лакост даже начал выпускать первые цветные поло со своим логотипом — крокодильчиком. Тем не менее Ральф решил запустить собственную линию. Но какую — сразу на две дюжины цветов!

Это была настоящая революция. Его поло стали носить не только теннисисты, яхтсмены, но и простые американцы, которые в футболке от Ральфа Лорена казались себе яхтсменами на Ривьере или же теннисистами на корте роскошного имения.

А следом за цветными поло он запустил первую линию женской одежды, сделав акцент на белые хлопковые сорочки, скроенные по типу мужских рубашек. Именно на этих рубашках они впервые изобразили свой фирменный логотип в виде игрока в поло. Успех новой коллекции был просто ошеломляющий!

— А кто подсказал тебе эту идею? — хитро прищурилась Рики, держа в руках свою фотографию в такой рубашке.

— Ты, дорогая! Я всегда говорил, что у тебя есть вкус и чувство стиля. Помнишь, когда ты надевала рубашки и свитера, купленные в мужских магазинах, то соседки спрашивали, где ты это достала? Твой образ ассоциировался у меня с молодой Кэтрин Хепберн. И рубашки я создавал для тебя. Но я же не виноват, что все женщины приняли их с восторгом! — расхохотался Ральф.

О, семидесятые вообще были временем больших перемен! Он запустил первую линию аксессуаров, выпустил спортивную одежду и коллекцию очков. Наконец, первым из американских модельеров открыл свой фирменный бутик в Беверли-Хиллз.

— А вот ты на фоне костюмов, которые вошли в фильм «Великий Гэтсби». Ну и поразил же ты тогда всех, правда? — улыбнулась Рики.

Да уж. Когда к Ральфу обратились по поводу разработки костюмов для этого фильма, он прекрасно знал, кто такой Гетсби, — прочитанный когда-то одноименный роман вдохновил его не только на создание галстука, но и других коллекций. И когда Paramount Studios заключила с Ральфом контракт и к нему приехала костюмер Зиони Элдридж, она поразилась — все нужные для картины исторические костюмы уже имелись в коллекции Ральфа! Не хватало лишь костюма для главного героя — Джея Гетсби. И Ральф создал его с учетом мерок Роберта Редфорда, игравшего эту роль.

— Да, в твоем розовом костюме Редфорд выглядит красавчиком. Но мне куда больше нравится другой актер -Ральф Лорен, который снимался в пятом сезоне сериала «Друзья», — лукаво улыбнулась Рики.

— Благодарю за комплимент, миссис Лорен, — картинно поклонился Ральф.

Комментарии запрещены.

Новости

 



Кухня