Борьку в последнее время будто подменили. Неузнаваемый стал человек! Ладно, в юности был горячим парнем. Боялась даже в постели повернуться на другой бок, чтобы он не воспринял это как призыв к «действию». Ну, вы поняли, о чем я… Страсть так и кипела в нем.

Я, грешным делом, просила порой боженьку усмирить буйного супруга. Слишком уж был страстным и выносливым. До утра мог меня… того… мариновать, в общем. А я девушка спокойная. Мне бы сбросить напряжение и баиньки. А нет! Вертись волчком, исполняй фантазии этого жеребца! Чует моя душенька, что прочитав мой крик души, многим барышням захочется кинуть в меня тапком. «Как же! Счастье свое не оценила!» — сказали бы они. И правду ведь скажут. Не ценила. В юности казалось, что мне это не так уж и нужно. Вот такая уродилась! Не всем же гейшами быть! Нет, я не фригидна, однозначно.

Просто не люблю выкрутасов разных. Вернее, не любила… Спустя десять лет семейной жизни, когда страсти поутихли и даже у моего затейливого супруга стали синхронно уменьшаться желания и возможности, я вдруг проснулась! Стала тосковать по бессонным ночам и пулеметной очереди пиков наслаждения. Теперь все было пресно и быстро. Все, как я мечтала тогда. Но только теперь я мечтала о том, что было! Фух, сама уже запуталась в Мыслях…

— Не удовлетворяя свои сексуальные желания, вы наносите непоправимый вред здоровью, — проникновенно вещала пухлогубая барышня с экрана телевизора.

«У такой красотки все в порядке и с желаниями, и с их реализацией», — позавидовала я ведущей, разглядывая в зеркале шкафа, стоящего напротив меня, свое лицо. А оно уже… мама дорогая! — явно уступает по качеству фейсу девушке из телевизора. Морщины и все такое… Грустное зрелище, однако.

— Если ваши чувства остыли, не печальтесь! Парам, прожившим вместе долгие годы, сложно сохранить остроту чувств и желаний, — продолжала красавица.

«А это прямо о нас!» — подумала я и стала слушать дальше.

— Вы ведь не хотите потерять свою половинку? — спросила она.

— Нет! — ответила я и усмехнулась. Не дай бог, увидит кто-то, что я с телевизором разговариваю.

А далее последовали советы, как избежать потери близкого человека. Я слушала, пыталась запоминать, потом схватила ручку с блокнотом и уже конспектировала, как студентка. Надо же, сколько дельных советов.  И увидите, — закончила свою речь ведущая, — как преобразятся ваши отношения. Что бы ни говорили о пути к сердцу мужчины, который якобы проходит через желудок, но мы знаем и другой путь, — подмигнула она в камеру.

— Откройте в себе актрису, и вам будет рукоплескать ваш зритель! Да-а-а… Легко сказать — сыграйте. А если талантов нет? Хотя… Было бы желание. А оно было!

Когда вечером Боря открыл входную дверь, он на миг оторопел, попятился задом, вышел в коридор, посмотрел на номер квартиры и только после этого вернулся.

— Вы кто, мадам? — он ощутимо нервничал, хоть и узнал давно в фигуре, разодетой под женщину-вамп, родную супругу.

— Я — твоя совесть, — выдала и замолчала на секунду, обдумывая, что это я такое сморозила. — Выношу тебе приговор, — нашлась наконец, — с последующим наказанием. За то, что игнорировал жену в течение пятнадцати календарных дней и темных ночей, а также за пассивное отношение к интимной жизни ты получишь двадцать ударов, — и я замахнулась кожаной плетью, которая просвистела возле его носа.

— Откуда… это… все? — заикаясь, Борька махал руками в моем направлении. — Как же это?

Ха! Так я и признаюсь ему, что мне пришлось пережить два часа назад, когда я — взрослая женщина с двумя высшими образованиями — зашла в секс-шоп. Это не для его слабых нервов история. Зато конечный результат хорош — обтягивающие кожаные брюки (благо фигура позволяет), кожаный бюстгалтер, красные туфли на высоченной шпильке, ну и так, по мелочи — плетка, наручники… Образ дополнял умелый макияж. В общем, устоять сложно. А Борька и не устоял. — Ты… великолепна! Богиня! — муж фонтанировал комплиментами, а я снисходительно хихикала, принимая «овации». Советы ведущей работали! Определенно! В этом я убеждалась каждый день, меняя образы для мужа. Борис признался, что спешит теперь домой.

— Я жду, когда можно уже будет увидеть тебя в новой роли, и ненавижу всех, кто пытается меня задержать. Ах ты моя Грета Гарбо! Нет, Элизабет Тэйлор! Опять не то. Ты лучше всех, моя Анетта!

Ну, опустим то, что зовут меня Анна, а не Анетта, но для усиления эффекта, конечно, подходящий псевдоним. К тому же то, что вытворяла Анетта, Анна никогда бы себе не позволила. Я порхала от счастья. Мне казалось, даже морщины разгладились. С таким-то колоссальным выбросом гормона счастья! Боря тоже изменился. Намечающееся брюшко подтянулось, мускулы налились, и весь он стал, как раньше, — горячим фантазером. Я ему не уступала в выдумках. Изгалялась как могла, причем и в прямом, и в переносном смыслах. Когда известные герои в моей голове закончились, я увлеклась чтением классики, где и находила вдохновение для следующих образов. Были у нас любимые персонажи, были так, проходящие. Муж так втянулся в этот «домашний театр», что вел себя иногда, как режиссер с актрисой на площадке. Правда, ни разу не сказал: «Не верю!»

Одна была у него мечта — мультики. С детства, видать, чего-то недополучил, бедненький.

— Ну давай Алису, Золушку или…

— Буратино, — перебила его я.

— Что ты, шутишь? Я серьезно, — обиделся Борис.

— Не могу я таких играть, — пыталась в очередной раз объяснить я.

— Пойми, ведь это детские образы. Кощунство какое-то!

— Да почему?! Ты ведь не на сцене театра юного зрителя раздеваться собираешься! — возмущался он.

— Ладно, уговорил, — подумав, согласилась наконец я.

Мы спорили до хрипоты, пока я не предложила Русалочку.

— А что? Отличная идея! И хвост будет? — спросил он с надеждой.

— Слушай, ты извращенец какой-то! — воскликнула я.

— Все, все, пошутил, — улыбнулся он. — Так что — Русалка?

Я кивнула, и он ушел на работу, пообещав быть ровно в семь, а я начала продумывать наряд. Как мне удалось склепать хвост из скотча, до сих пор не пойму. А потому что цель была, вот почему. И костюм удался. Борька оценил… А также ванну с пеной изумрудного цвета и стеклянные камешки с настоящими ракушками на дне. Я ведь Русалка как-никак! Борис, урча от удовольствия, ласкал меня в воде, нежно скользил руками по мыльному, гладкому телу и не переставал восхищаться моими талантами как в интимной сфере, так и в актерской. Потом он взял меня на руки, обернул в пушистое полотенце и отнес в спальню на кровать:

— Хочу на берег. Укачало, — прошептал он и накрыл собой…

Если бы не орущий под дверью сосед в самый разгар «морского погружения», то спектакль можно было бы считать идеальным. Кричал он, конечно, по делу. Мы забыли кран закрыть в ванной и затопили его немного. Но это все поправимо. Главное — мы снова безумно хотим друг друга. Каждый день, а не раз в месяц. А с Русалкой еще повторим. Благо хвост я сохранила в шкафу…

Комментарии запрещены.

 

 

 

 

Кухня