Рецепт нашей любви оказался довольно прост: случайная встреча, дымок воспоминаний и горсть мороженой клюквы

Новогодние праздники — самая горячая пора для нас: офисные корпоративы, детские утренники, даже обычные домашние посиделки… Мы всюду нарасхват. Это раньше женщины, обвязавшись полотенцами, резали колбасу и хлеб на бутерброд, чистили селедку и вскрывали консервные банки, мужики бежали в ближайший продмаг за шампанским и водкой, а теперь — извините-подвиньтесь и уступите место профессионалам, а уж мы позаботимся, чтобы ваш праздник стал вкусным и нарядным. Идея создать кейтеринговую компанию родилась даже не у меня, а у моей соседки (и по совместительству подруги) Танюшки. Я в то время работала обычным менеджером в крупном торговом центре. Оттрубив пять дней в неделю в душном офисе, на выходные расслаблялась, посвящая себя любимому занятию — готовке. Идей было море — съесть все самой не представлялось возможным, и тут Танюшка, большая гурманка, оказывала мне неоценимую помощь. Однажды, вдохновившись только что съеденными печенью в медово-яблочном соусе и ореховым штруделем, подруга поинтересовалась: «Слушай, Маргоша, а ты чего не замужем? Не хочешь?»

— Не берут, — попыталась отшутиться я. Татьяна шутку не поддержала.

— Такой талант — и оценить некому! Куда только эти мужики смотрят! А говорят, что путь к сердцу у них  через желудок проложен!

— Врут, — сокрушенно вздохнула ж я. — Вернее, это устаревший рецепт. Теперь в моде другие предпочтения. И нравы другие…  Синим чулком я, конечно, не была, но с парнями сходилась с трудом. Дело в том, что в глубине моей души жила непобедимая вера в настоящую, не такую, как у всех, любовь, которую я узнаю по первому же взгляду, а поэтому не стоит размениваться по мелочам.

— И все же, Марго, мой врожденный альтруизм не позволяет мне наслаждать всем этим великолепием единолично. Не хочешь осчастливить одного мужчину — осчастливь все человечество!

— В смысле? — не поняла я.

— Давай откроем свою фирму и будем готовить еду на заказ. Помощь со своей стороны гарантирую.

Я скептически посмотрела на Таньку: голова у нее, Конечно, варит, как скороварка, но вот руки растут не из того места.

— Я имею в виду поиск клиентов, — спешно уточнила она, верно истолковав мой взгляд, — ну, и бухгалтерию, конечно… Так мы и стартовали — вдвоем, с незамысловатых офисных обедов. И хотя поначалу бывало страшновато, но, знаете, глаза боятся, а руки делают… Довольно скоро Танюшкин напор и мои кулинарные способности расширили список заказчиков настолько, что пришлось разворачиваться на полную катушку: мы сняли помещение, набрали сотрудников, взяли кредит на машину и оборудование. В общем, работа пошла. За пару лет отбили кредиты, обросли солидными клиентами и даже стали довольны популярны. Одно плохо: не хватало времени не только на мужчин, но даже и на себя.

…Танюха, не снимая рук с клавиатуры и зажав телефон ухом, прошептала мне почти беззвучно:

— Это снова он.

— Кто «он»? — попыталась сообразить я.

— Барбос небритый… Просит тебя…

Я улыбнулась, вспомнив взъерошенного парня с воспаленными глазами и эротичной щетинкой на подбородке и скулах. На прошлой неделе мы обслуживали корпоративную вечеринку.

— У меня сложные переговоры, так что сами разбирайтесь, — выскочил он нам навстречу, едва мы припарковались. Вдруг на мгновение замер и пристально посмотрел на меня, затем снова засуетился и замахал руками.

— Прямо по коридору, затем направо, все остальное — потом, — скомандовал и скрылся за непроницаемой дверью.

— Оригинальный прием, — фыркнула Танюшка. — Интересно, кто этот барбос небритый? «Небритый барбос» оказался… директором. Второй раз он появился в самый разгар веселья. Слегка подвыпившая команда проскандировала хором: «Хеппи нью еа!» и «Мерри кристмас!» В ответ он поднял бокал шампанского, но даже не пригубил. Затем поискал глазами и, наткнувшись на мой взгляд, неожиданно радостно улыбнулся. В груди что-то шевельнулось. «Где-то я его уже видела», — мелькнуло смутное предчувствие.

Я подошла ближе.

— Спасибо, все очень вкусно, — произнес он, по-прежнему улыбаясь.

— Но вы ведь даже ничего не попробовали! — возмущенно посмотрела на него я. — А говорите…

— Извините, просто день был суматошный. Я… устал, — он неожиданно покраснел. — Как-нибудь в другой раз. Меня вдруг кольнула жалость: на фоне разгулявшихся сотрудников шеф выглядел потерянно и одиноко. «Ничего   себе директор! — подумала. — Какой-то мальчишка неухоженный… Живет, небось, один и питается чем   попало», — проснулся во мне материнский инстинкт. Затянувшее Ира молчание он, очевидно, принял за обиду и поспешил повторить:   — В другой раз… непременно. Хотел сказать еще что-то, но тут к нам с визгом подскочили две раскрасневшиеся развеселые девицы и, бесцеремонно оттеснив меня вертлявыми задами, схватили его за руки:

— Идемте танцевать, Максим Борисович, а то без вас скучно! …Максим позвонил через два дня и предложил встретиться, но работы было невпроворот — пришлось отказать. Но он оказался настойчив… Я взяла из рук Татьяны трубку:

— Маргарита? — тон был деловой, почти сухой. — Хочу сделать очередной заказ.

— Здравствуйте, Максим. На когда? — как можно строже поинтересовалась я.

— На завтра.

— Не получится. К сожалению, все ближайшие дни уже расписаны.

— Но, может, вы найдете для меня «окно»? — в его голосе сквозило разочарование. — Тем более что я ваш должник. Помните?

— Даже не знаю… — я нарочно затягивала разговор — мне вдруг остро захотелось увидеть его снова.

— Это несложно! Ужин будет для двоих, — он уловил мою растерянность. — Вы ведь работаете в таком формате?

— Вообще-то да.

Неожиданно вспомнился курьезный случай, произошедший со мной пару лет назад. Клиент также оформил заказ на романтический ужин, намереваясь сделать предложение своей девушке. Она, очевидно, что-то заподозрила и пришла раньше назначенного времени. А тут я на кухне в передничке… Боже, что началось! Скандал был ужасный, чуть до драки не дошло. Потом, конечно, все прояснилось — через пару месяцев мы даже обслуживали их свадьбу… «Неужели и этот жениться собрался? — дрогнуло в душе. — Почему бы и нет?» — одернула саму себя.

— Деловой или романтический? — в душе еще теплилась надежда. — Романтический, конечно… — он мечтательно улыбнулся он. — Интересно, какой вкус у любви? Ее можно дегустировать?

Я сочла нужным не отвечать.

— Да, и самое главное: десерт должен быть с мороженой клюквой.

— Клюквой? — удивилась я.

— Да! — подтвердил Максим. — А все остальное — на ваш вкус…

— Ну что, подруга, со свиданием? — Танюшка смотрела на меня любопытным взглядом, ожидая ответа.

— Какое там, — мне с трудом удавалось скрывать разочарование. — Обычная работа! Любовь он, видите ли, собрался дегустировать… — И добавила мысленно: — «Барбос небритый…» Комната выглядела уютно: на окнах красивые шторы, на стенах — фотографии, в углу — камин (судя по виду, настоящий); пахло елкой, домом, детством…

— Неужели живая? – обрадовалась я. — Так непривычно, теперь чаще искусственные елки наряжают.

У меня снова возникло острое ощущение, что я много лет знаю Максима. Пока готовила, он крутился рядом, что-то рассказывал, задавал вопросы, предлагал помощь. Было тепло и как-то по-семейному…

— Вообще-то я и сам умею готовить, — по-детски похвастался парень. — И даже люблю! Только вот времени не хватает, да и не для кого.

— Как же не для кого? — вырвалось у меня. — А сегодняшняя гостья? Может, ей было бы приятнее, если бы вы сами что-нибудь приготовили?

— Может быть… — он был явно озадачен. — Нет, так здорово у меня все равно не получилось бы…

— Ну вот, — сообщила я ему через десять минут, — почти все готово.

Я расставляла блюда.

— А на десерт — мороженое с клюквенным соусом, как заказывали. Сказала и почувствовала, как он взволнованно дышит мне в затылок:

— Рита… Можно попробовать?

— Десерт? — повернулась я к нему.

— Нет. Мороженую клюкву.

Пожав плечами, я молча протянула ему ложку с парой ледяных ягод. Он осторожно вытянул губы трубочкой, зажмурился, лизнул, скривился. А потом рассмеялся. — Спасибо. Моей гостье понравится — наверняка. Мы стояли рядом, совсем близко друг к другу. Ощущение того, что давно знакомы, нарастало и стало навязчивым. Впрочем, как и грусть от того, что я вот-вот должна буду покинуть этот дом и отдать этого близкого, почти родного, но совсем не известного Мне мужчину другой.

Неожиданно он взял меня за руку.

— С детства клюкву ненавижу, — его голос срывался, — особенно мороженую. А ты, Маруша?

Маруша?! Я была в полном замешательстве — так меня называли только близкие, сто лет назад — еще в детстве. Кто этот человек?

Перед глазами вдруг ярко вспыхнула картина… Зима, мне лет шесть, весь дом пропах елкой и праздником, мы сидим на кухне с соседским мальчишкой и, смеясь, уплетаем мороженую клюкву — в садик идти неохота, и только больное горло может оставить нас дома.

— Ты ее не жуй! Так глотай, так холоднее, — морщась, советует он. Морозная кислая ягода сводит скулы, мы кривимся, давимся, но упорно продолжаем кормить друг друга, тягая пригоршнями из морозилки стеклянные красные бусины…

— Мася?! — я ошарашенно смотрю на него: ну конечно, та же ямочка на подбородке, и вихры непослушные, и губы трубочкой. — Боже мой, как же я раньше-то тебя не узнала? А ты что же сам не признаешься? — всхлипнув, бросилась в его объятия.

Чувство тепла, надежности, родного дома, детства… Вот она, долгожданная встреча! Теперь понятно, отчего при первом же взгляде на этого парня у меня возникли тревога и желание заботиться о нем. Мы стали тискать друг друга: «А помнишь?.. А помнишь?..» И вдруг — осознание, что Максим ждет гостью. Во мне закипала досада: «Ну зачем тебе другая — теперь, когда я нашлась, когда я рядом?»

— Мне, наверное, пора уходить? — спросила, отстраняясь.

— Куда? — удивился он. — А как же романтический ужин? — и, видя мое недоумение, продолжил: — Я придумал его, чтобы как-то выманить тебя. Когда увидел там, в офисе — такую взрослую, недоступную — растерялся: а вдруг ты замужем и нарочно меня не узнаешь? — Максим покраснел. — И десерт с клюквой специально попросил…

— Да, память имеет вкус, — прошептала я, — впрочем, как и любовь…

Комментарии запрещены.

Новости

 



Кухня